Свяжитесь с нами
123610, Москва, Краснопресненская наб., д.12, подъезд №11


Задать вопрос
Эксперт ЦМТ Максим Воробьев в эфире РБК – о достижениях российского экспорта
23 Марта 2016

В последнее время поставки некоторых позиций из России существенно возросли. Как в дальнейшем повлияет на российский экспорт девальвация рубля, насколько велики дефляционные риски, увеличится ли экспорт в 2016 году – эти и другие вопросы обсудили ведущий Андрей Левченко, замдиректора Департамента международного сотрудничества и содействия развитию торговли ЦМТ Максим Воробьев и Заместитель директора ИНП РАН Александр Широв в эфире РБК.

Андрей Левченко: Начнем. Я уже говорил, конечно, с Брюсселя. Трагические события, жертвы. В данном случае хотел бы спросить вас, Александр. И без того сложная ситуация в экономике Европы, она усложнится, с вашей точки зрения, после того, что произошло? Имея в виду закрытие границ, расходы на безопасность, ослабление европейской валюты. Какие тренды, какие тенденции будут развиваться?

АЛЕКСАНДР ШИРОВ: Ну, безусловно, будет кратковременный шок, шок, который перекинется в том числе и на финансовые рынки, мы это уже сейчас видим. Но главное, мне кажется, что изменилась ситуация в самом Европейском союзе, принципиально изменилась ситуация с безопасностью. И это, по-видимому, прежде всего, привело к тому, что ключевые страны Европейского союза станут больше тратить на обеспечение этой самой безопасности. А это в условиях текущих бюджетных ограничений приведет к перераспределению структуры расходов, да, в том числе бюджетных, и к соответствующим изменениям, в том числе с точки зрения экономики.

А насколько серьезным это бремя может быть, да? Вот эти трагические кадры. Вы были когда-нибудь в Брюсселе?

АЛЕКСАНДР ШИРОВ: Да, был.

В: И если говорить о безопасности, то можно так предположить, там серьезные будут инвестиции, или это, в общем-то, так, немножко корректировалось?

АЛЕКСАНДР ШИРОВ: Ну, в целом, если мы попадаем из России практически в любую европейскую страну, то первое, что бросается в глаза - там достаточно мало используются вот эти рамки металлоискателей в аэропортах, на других транспортных объектах. В целом люди всегда в Европе чувствовали себя более защищенными, сейчас этого, к сожалению, уже нет.

В: То есть вы предполагаете, что расходы будут значительные? И бюджет Европейского союза ощутит эти траты?

АЛЕКСАНДР ШИРОВ: Я думаю, что последние годы, и об этом говорят многие, затраты на безопасность, на армию в европейских странах были невысокими. То есть на этом экономили. И сейчас, видимо, придется...

В: Увеличить.

АЛЕКСАНДР ШИРОВ: Компенсировать, да.

В: Да, Максим, к вам вот какой вопрос. Буквально в конце февраля проходила встреча министров финансов "Большой двадцатки", и было две ключевые темы, которые были озвучены после этого саммита, как мне кажется. Страны "Большой двадцатки" заявили о том, что они усиливают борьбу с финансированием терроризма. А второй очень важный вопрос, который обсуждался на этой встрече, - это предстоящий референдум в Великобритании о выходе из Европейского союза. И тогда звучали слова, что мировая экономика, европейская экономика серьезным образом ощутят на себе влияние, если Великобритания выйдет из Европейского союза. Вот после сегодняшних событий, как вы считаете, увеличилась вероятность того, что жители скажут - нет, мы не хотим быть в ЕС?

МАКСИМ ВОРОБЬЕВАндрей, я думаю, здесь предоставим возможность жителям Великобритании самостоятельно сделать выбор. Но я бы хотел отметить следующий факт. Я обратился бы к словам Генри Киссинджера. Он последние годы отмечает два тренда, которые существуют и в мировой экономике, и в мировой политике. Она взаимоисключающие. С одной стороны, экономика становится все более глобальна, но такие проблемы и трагедии, которые мы видим сегодня, они вопросы национальной безопасности и национальных интересов отдельных стран ставят на первое место. То есть сложность существует в принятии решений сейчас у руководителей стран и объединений, таких, как Евросоюз, когда нужно сделать выбор, национальный интерес... Первое, что сделали соседние государства, они закрыли свои границы сейчас.

В: Но, кстати говоря, они закрыли границы для безопасности. А как это может повлиять на экономику? Ну, давайте, кстати говоря, начнем со слайда. Итак, российский экспорт. Это цифры, которые вы приводите в своем исследовании. А мои коллеги из газеты "РБК" опубликовали, прекрасная статья - "Пробками закидаем". Итак, динамика российского экспорта в 2015 году. Прокомментируйте. Минус 31%, да?

МАКСИМ ВОРОБЬЕВДа. Это выражение в долларах. Если мы будем смотреть на физические объемы, то объемы даже немного увеличились - на 4% у нас экспорт увеличился.

В: На 4%?

МАКСИМ ВОРОБЬЕВ: Да, на 4%. Я считаю, что это успехи наших национальных товаропроизводителей. Вопрос, сохранится ли эта тенденция в 2016 году.

В: Это следующий вопрос. В данном случае интересно. Вот в статье приведена информация в основном по продуктам питания. Кстати говоря, почему там 60 - 70%? Чем это объясняется? Куда этот товар пошел? И только ли девальвация спровоцировала такой...

МАКСИМ ВОРОБЬЕВДа, извините. Прежде всего, если мы смотрим предыдущие годы, у нас, к сожалению, изначально была небольшая база для этих товаров по экспорту. Поэтому такой качественный яркий рывок в 40-50%, безусловно, вызван именно и девальвацией в первую очередь, да? И такими высокими цифрами. Вместе с тем мы должны отметить следующее: мы открываем для себя новые рынки. Режим санкций, режим торговых ограничений заставляет предпринимателей искать новые рынки сбыта. И в этом, мы можем сказать, мы действительно преуспели, в 2015 году...

В: Кстати говоря, да, вот выписаны страны - Сьерра Леоне, Габон, Вьетнам, Гонконг - такие, экзотические, я бы сказал, страны. 

МАКСИМ ВОРОБЬЕВА я вам предложу вот такую страну - Мексика. В 2015 году туда пошли достаточно серьезные объемы пшеницы. Мы общались с нашими экспертами, с нашими специалистами, которые непосредственно занимаются экспортом пшеницы. Они сказали, что сейчас качество нашей пшеницы настолько высокое, что мы на рынке Мексики можем реально конкурировать с Соединенными Штатами Америки.

В: Ну, то есть получается, что девальвация и качество товара?

МАКСИМ ВОРОБЬЕВДа, безусловно.

В: Хотел бы подключить к нашему разговору Дмитрия Булатова, Национальный союз экспортеров продовольствия. Он находится в нашей удаленной студии отеля, в отеле Ararat Park Hyatt. Дмитрий, здравствуйте.

ДМИТРИЙ БУЛАТОВ: Добрый день.

В: А вот вы чем объясняете такой возросший спрос на некоторые группы товаров - девальвацией качества, или действуют какие-то другие факторы?

ДМИТРИЙ БУЛАТОВ: Ну, что касается экспорта продовольствия, поставки за рубеж в прошлом году и не увеличились. Они даже сократились на 3 млрд долларов - с 19 до 16 млрд. Причем падение это произошло как раз за счет зерна, прежде всего, пшеницы.

В: В деньгах.

ДМИТРИЙ БУЛАТОВ: А предыдущий всплеск годом ранее тоже был вызван ростом экспорта зерна. Но зерно - это биржевой товар, и изменение курса национальной валюты, конечно, сразу же сказывается на цене и на конкурентности этого товара.

Что же касается основного сегмента нашего агропродовольственного экспорта, а это прежде всего продукция пищевой промышленности, он остался на прежнем уровне. То есть здесь ситуация не изменилась.

В: Ну, то есть вы не разделяете этого оптимизма, правильно я понимаю, Дмитрий, что цифры, которые мы приводили по бобовым... Кстати говоря, живые деревья, срезанные цветы... Печатные книги - +24%, это к вам, Максим, и объемы какие-то... 530 миллионов.

МАКСИМ ВОРОБЬЕВЗначит, работает наша промышленность, целлюлозно-бумажная промышленность, прежде всего, в направлении Китая - сейчас очень активно в Китай идет экспорт.

В: Ну, понятно. Александр, а вы что увидели? Девальвация, спрос, качество, стоимостное выражение, количественное?

АЛЕКСАНДР ШИРОВ: Нет, безусловно, ценовая конкурентоспособность отечественных товаров как на внутреннем, так и на внешнем рынке существенно возросла в результате того валютного шока, который мы испытали в 2014-2015 годах.

Но в реальности это привело к тому, что по таким важнейшим направлениям российского экспорта, как металлургическая продукция, химическая продукция, деревообработка, мы получили плюс с точки зрения физических объемов. Но, безусловно, это минус с точки зрения стоимостных объемов, потому что негативно менялась ценовая динамика. Но тут важно понимать, что у нас есть такие товары, которые ценовой динамике не подвержены. Ну, например, машиностроительная продукция. И более того, когда мы говорим про качество нашего экспорта, мы всегда вспоминаем про машиностроительную продукцию.

В: Ну, и какие там цифры? У вас ведь тоже они есть.

АЛЕКСАНДР ШИРОВ: Стоимостные объемы, безусловно, уменьшились тоже.

В: Нет, ну это понятно.

АЛЕКСАНДР ШИРОВ: Но с другой стороны, та же самая автомобильная промышленность наша стала привлекательной для внешнего рынка. Мы всегда ориентировались на то, что это развитие промышленной сборки автомобиля будет ориентировано на наш внутренний спрос. А сейчас появилась возможность экспортировать эту продукцию. Мы видим плюс и по стоимостным, и по физическим объемам экспорта вооружения. То есть высокотехнологичная продукция.

В: Да, экспорт вооружения да, там цифры солидные.

АЛЕКСАНДР ШИРОВ: Поэтому вот даже для машиностроительных видов деятельности произошедшая девальвация оказала положительное воздействие на потоки экспорта, с другой стороны - это мгновенное воздействие, да. То есть мы должны понимать, что будет в средней долгосрочной перспективе, сможем ли мы удержать эти позиции по физическим объемам.

В: И по какой группе товаров очень интересно. Максим, а вот по другим товарам здесь в статье приводится в основном продовольствие, там что-то любопытное есть?

МАКСИМ ВОРОБЬЕВКак Александр совершенно правильно отмечал, продукция первого передела тоже присутствует, спрос на нее повысился.

В: На какую продукцию?

МАКСИМ ВОРОБЬЕВАлюминий. У нас очень серьезные успехи - алюминий, медь, целлюлоза, как я вам говорил. Ячмень - мы по ячменю практически рекорды ставили в 15-м году. Осуществлялись поставки в Объединенные Арабские Эмираты. По кукурузе, кстати, хорошие успехи. Кукурузу мы стали поставлять в Южную Корею. Мы там конкурентоспособны, спрос есть. Я считаю безусловно важным заходить на эти рынки. Да, как вы правильно говорите, среднесрочная и долгосрочная перспектива будет вносить свою корректировку по ценам.

Но наше участие там дает нам новые возможности. И еще. Я хотел бы отметить, что мы не должны забывать о том, что помимо тарифных барьеров в международной торговле на первую роль сейчас в современном мире выходит нетарифное регулирование. Это технические барьеры в торговле, фитосанитарные нормы - как вы знаете, это крайне эффективный инструмент. Поэтому, мне кажется, мы должны помогать и нашим высокотехнологичным отраслям.

В: Ну, они-то выстрелили или нет? Высокая технология да, потому что это тоже ведь любопытно. Продовольственным, стать крупным экспортером продовольствия - неплохо, поскольку валюта всякая нужна в текущей ситуации. Ну, очень интересно, если неплохо начинаем продавать.

МАКСИМ ВОРОБЬЕВЕсли интересно, код 8471 на уровне четырех кодов - крупные вычислительные машины мы экспортируем, на них есть спрос.

АЛЕКСАНДР ШИРОВ: Ну, рост по вычислительным машинам и, там, компьютерной техники в физическом выражении 37%.

В: Интересно, за компьютерной техникой...

АЛЕКСАНДР ШИРОВ: Ну, я думаю, что это компоненты, плюс, действительно, мы производим значительное количество, например, телевизионной техники, сборка у нас происходит, крупнейшие корейские фирмы имеют заводы на нашей территории.

В: Я понял. Хотел бы еще раз обратиться к Дмитрию Булатову, он находится в нашей удаленной студии в отеле Ararat Park Hyatt. Дмитрий, но вот я так чувствую, вы немножко не разделяете того оптимизма, который излучает Максим?

В: С вашей точки зрения, то, что мы наблюдаем... Можно ли говорить о том, что процесс импортозамещения и процесс активизации российских (в вашем случае компаний, которые производят продукты питания), запущен. То есть что сейчас, какие настроения?

ДМИТРИЙ БУЛАТОВ: Сейчас разрабатывается система мер поддержки экспорта. И думается, что на нынешнюю ситуацию, когда рубль находится на низком уровне, рассчитывать в долговременном плане вряд ли стоит. Необходимо внедрять те инструменты, те меры поддержки, которые давно используются другими странами. Сейчас у нас на рассмотрении в Госдуме находится закон, проект закона поддержки экспорта.

Там предусмотрены меры как финансового, так и нефинансового характера. Набор этих мер очень разветвленный, они широко используются в мировой практике. Они применяются в различных странах, соответствуют нормами и правилам ВТО, и очень хотелось бы, чтобы наши экспортеры получили такую же поддержку со стороны государства и могли бы конкурировать с экспортерами других стран на равных условиях. 

В: Я понял, Дмитрий, а не кажется ли вам, что залежался этот документ? Что его надо было еще вчера принимать, а не... а он все о сих пор лежит и ждет, когда его обсудят?

ДМИТРИЙ БУЛАТОВ: Мне кажется, что не вчера, а довольно много лет назад, поскольку мы подарили другим странам многие ниши, которые могли занять российские товары.

В: Я понял, спасибо. Это был Дмитрий Булатов, Национальный союз экспортеров продовольствия. Ну, Александр, а теперь боролись-боролись с инфляцией, пытались ее удерживать, и вдруг теперь разговоры о другом идут. Разговоры идут о дефляции.

АЛЕКСАНДР ШИРОВ: Если мы посмотрим на последние данные по индексам цен производителей, то там видно, что по экономике в феврале цены, значит, начали снижаться, да? Но... цены производителей. Но результат, который мы получили в целом, он связан с тем, что значительное влияние на этот показатель оказывает динамика цен на моторное топливо, значит, на другие энергетические товары. В целом по экономике пока говорить об устойчивой дефляционной тенденции не приходится.

В: Секундочку. Вот попрошу показать слайды. ВЦИОМ провел опрос.

И на это обратили коллеги из газеты "Ведомости". Действительно, цифры очень красноречивые. Итак, сейчас хорошее или плохое время, чтобы брать кредиты.  "Плохое время для того, чтобы брать кредит" - 87%. Не хотят люди брать кредиты. "Сейчас хорошее или плохое время, чтобы делать крупные покупки": "хорошее" - меньше 20%, "плохое" - 70%. Не хотят делать крупных покупок. "Сейчас лучшее время для того, чтобы тратить или сберегать?": 65% - максимально возможно тратить по минимуму, сохранять. Следующий слайд - "забрать деньги из банка или оставить там". Большая часть, 43% предлагают почему-то забрать, правда, не знаю, что они с ними делать будут.

АЛЕКСАНДР ШИРОВ: Ну на самом деле это проблема того шока, который произошел у нас с ценами. Все-таки, цены здесь - это важное. Самое главное, что из потребления практически вымыт товар длительного использования, то есть автомобили, крупногабаритная мебель, недвижимость. В структуре расходов населения вот этих товаров сейчас просто нет практически. То есть никто не готов покупать.

В: Правильно. А если не готовы покупать, то производитель не может продать, если производитель не может продать, он начинает снижать цены на товар.

АЛЕКСАНДР ШИРОВ: Но прежде всего, население не готово покупать импортные товары. Надо понимать, что все-таки какое-то поле для отечественного производителя есть, вопрос в том, может ли он предложить конкурентноспособную, эффективную продукцию взамен той, которая вымыта с рынка, то есть взамен импорта. Вот на мой взгляд, пока, к сожалению, нет. Именно на рынке потребительских товаров такого замещения не происходит. Но вот и здесь главная проблема состоит в том: а есть ли у экономики возможность при той эффективности, которая сейчас есть, сильно заместить импорт? 

В: Это принципиальный вопрос. Заместить продукты, наверное, она сможет, а дальше?

АЛЕКСАНДР ШИРОВ: Значит, импортовытеснение произошло, вот не замещение, а вытеснение. А следующий фактор - это импортозамещение. А вот импортозамещение требует, безусловно, уже и денег.

В: Максим, вы что думаете?

МАКСИМ ВОРОБЬЕВЯ здесь могу только с Александром согласиться. Я бы добавил, что времени, наверное, еще, помимо денег.

АЛЕКСАНДР ШИРОВ: Конечно, да.

МАКСИМ ВОРОБЬЕВМы в один день, к сожалению, на этот вопрос не сможем ответить, да.

В: Дмитрий говорил, надо несколько лет назад было все это делать.

АЛЕКСАНДР ШИРОВ: Ну все-таки уникально благоприятная ситуация при этом складывается.

В: А в чем вы видите уникальность? Если опять же рубль начнет укрепляться, эффект девальвации, где будет, на чем?

АЛЕКСАНДР ШИРОВ: То есть если рубль действительно будет укрепляться опережающим темпом, как это мы видели в 2005-2008 годах, то, безусловно, это сильно затормозит всю историю. Но сейчас действительно вроде бы произошло импортовытеснение, у нас есть конкурентоспособные мощности, и нужно запустить механизм экономического роста. Вот если нам удастся это сделать в краткосрочной перспективе, в перспективе одного-полутора лет, то есть шанс дальше получить финансовый ресурс, который может быть для импортозамещения.

В: Александр, а вы не считали, до какого уровня может укрепиться рубль? Просто любопытно.

АЛЕКСАНДР ШИРОВ: Ну... Нет, ну, все зависит от того, какие будут цены на нефть.

В: Цены на нефть, да, но.

АЛЕКСАНДР ШИРОВ: Это жуткая привязка. Но на самом деле наша позиция состоит в том, что если цены на нефть будут плавно расти и курс будет укрепляться, допустим, до уровня 60 и выше, то это будет определенным барьером для экономической динамики.

3.151516636712
Поделиться:
ЦМТ в соц.сетях:
© 2001-2016 • Центр международной торговли • 123610, Москва, Краснопресненская наб., д.12 • +7(495) 258-12-12servinfo@wtcmoscow.ru Яндекс.Метрика